«Одно окно» для бизнеса

Столичным компаниям готовы предоставлять льготы по налогам и дешевую аренду в технопарках

Согласно недавнему рейтингу агентства «Эксперт РА», 40% роста высокопроизводительных рабочих мест в РФ (с выручкой свыше 3 млн руб./год) приходится на организации оптовой и розничной торговли. В Москве, являющейся лидером на рынке труда, почти каждое пятое рабочее место создается в сфере услуг, более 18% — в торговле, около 11% — в сфере финансовых услуг. Стимулировать москвичей на создание технологичных компаний должны в том числе технопарки. Что собой представляют подобные площадки, «МК» узнал у генерального директора технопарка «Строгино» Сергея ТЕПЛОВА.


s.jpg

— Если позвонить в ваш технопарк, первые слова, которые можно услышать, — об «уникальных условиях для ведения бизнеса». Поясните…

— «Строгино» создавалось специально для развития малого и среднего предпринимательства в Москве. У нас есть бизнес-инкубатор для компаний не старше года и тех, кто только хочет заняться технологичным бизнесом, и собственно технопарк — производственная зона для более зрелых предприятий.

В инкубаторе мы предлагаем помощь по созданию компании, экспертизе бизнес-плана, консультируем. Льготная аренда офиса составляет всего 4 тыс. руб./кв. метр в год, при этом в офисе уже стоит мебель, вся необходимая оргтехника — компьютеры, принтеры, проводится уборка комнат. Можем подключить выгодный пакет услуг связи. В среднем месяц в офисе площадью 40 кв. метров обходится фирме в 20–22 тыс. рублей. Еще один большой «пряник» — помощь в продвижении на рынке: проводим семинары, показываем проекты инвесторам, бизнес-ангелам — активно работаем с Игорем Рябеньким, Андреем Головиным, — венчурным фондам Almaz Capital, Genesis Capital, оказываем содействие в привлечении государственных средств, в том числе из Фонда посевных инвестиций РВК.

Вдобавок ко всему резиденты оказываются в окружении других таких же целеустремленных, увлеченных технологичным бизнесом ребят. Среди наших выпускников LinguaLeo — создатели интернет-ресурса по изучению английского языка, более 6,5 млн пользователей по всему миру; Eruditor Group — разработка сервисов по подбору частных специалистов с рекомендациями: врачей, репетиторов, автоинструкторов, домашних мастеров и др., в 2013 г. компания выиграла множество премий и получила $12 млн инвестиций; «Вебинар» — один из ведущих сервисов для проведения семинаров и видеоконференций в Сети...

В технопарке компании получают помещения под мелкосерийное производство. Причем все вопросы подключения к коммуникациям решаем мы сами, на территории «Строгино», в режиме «одного окна». У нас сейчас есть компания по выпуску лекарственных препаратов, так вот им с учетом заказа оборудования, строгой регламентации всех производственных процессов, подготовки «чистых комнат» понадобилось около 10 месяцев на запуск. Другая компания развернула производство за два месяца: они создают «системы неразрушающего контроля» — контроля герметичности, контроля усталостных напряжений металлов в рельсах, трубопроводах и т.д.

C прошлого года для резидентов технопарка введены налоговые льготы: обнуляется ставка по налогу на имущество, а налог на прибыль в бюджет Москвы снижен на 4,5% и составляет 13,5%.

— Какие компании могут стать вашими резидентами?

— Сейчас в технопарке работает около 60 компаний, из них 35 молодых — в бизнес-инкубаторе. Все это технологичные фирмы, соответствующие критериям малого предпринимательства и созданные в Москве. Так, в инкубаторе традиционно много компаний, связанных со сферой IT: разработчики программного обеспечения, информационных сервисов, тех же игр для соцсетей, онлайн-приложений. Есть компании медицинского профиля: по созданию лекарств, медтехники, систем диагностики заболеваний; фирмы, занятые микроэлектроникой, приборами, телекоммуникациями.

Начинающая компания должна отправить нам заявку через Интернет и представить проект на экспертном совете технопарка. Куда, кстати, входит много инвесторов. Так что это возможность проверить свой проект на прочность, получить совет профессионала, а иногда и предложения по инвестициям. Если экспертиза пройдена удачно, остаются простые формальности, после чего команда может заселяться. Как правило, в инкубаторе размещаются три года. Выживаемость наших выпускников через год самостоятельной жизни — около 75%.

— Многих отсеиваете?

 — Мы принимаем примерно 40% заявок. Дефицит идей достаточно большой. Многие приходят с сырыми проектами, под которые непросто привлечь средства. После доработки, формирования стартового капитала они могут вернуться. (Обычно затраты на год составляют 1–1,5 млн руб. — «МК».)

— А вас не смущает, что многие нынешние «инновации» изобретены еще в советское время или что заявители предлагают всякого рода игрушки?

— Что касается советских разработок, объективно в этом нет ничего плохого. Да, компании, которые у нас чего-то добились в технологических отраслях, идут из советского времени, в них сохранилась инженерная школа, НИОКРы. Но у любого продукта должна быть научная база, а она не берется из воздуха! И хорошо, что есть люди, которые на основании прежних научных разработок могут делать современные конкурентоспособные продукты, пользующиеся спросом за рубежом.

В том, что ребята создают игры, тоже ничего страшного нет. Или скажите, а что такого уж высокотехнологичного в Фейсбуке?! Казалось бы, просто социальная сеть, но все говорят: «круто», «Америка», «стартап, который создали студенты». Думаю, все, что делается с информационными технологиями, — на пользу развитию предпринимательства. У нас есть довольно интересный проект с играми: когда ребята пришли, их было человека четыре, за два года компания выросла до 50 сотрудников. Все получают «белую» зарплату, платят налоги.

— Вопрос, наверное, в общей доле таких компаний…

— Если власть не будет поддерживать технологичное предпринимательство во всех его проявлениях, само население так и будет заниматься лишь торговлей. Прикладные проекты в IT тоже есть. Два года назад из бизнес-инкубатора вышла компания, разработавшая сервис для тестирования и оптимизации качества информационных сетей. Чтобы, например, в Новый год абоненты могли спокойно дозваниваться по мобильному близким и не было перегрузки на линии. В прошлом году выпустили проект «Сейсмотек» — сервис обработки больших данных, которые получают, скажем, при геологоразведке. 25%-ную долю выкупил «Яндекс».

— Если вернуться к производственным предприятиям: приходилось слышать от разработчиков ноу-хау той самой советской научной школы, что им невозможно пробиться на рынок. Они, например, выпускают ранозаживляющие повязки, проверенные еще Афганистаном, усовершенствованные, а для пациентов закупают иностранные аналоги, в разы дороже. Может, вы помогаете с участием в госзаказе?

— Госзаказ — это конкурентная процедура, прописанная законодательно. Но, во всяком случае, мы используем все возможности: выставки, реклама, — чтобы потенциальные заказчики узнали о наших компаниях и увидели их продукт. Постепенно ситуация меняется. Есть хороший пример фирмы «Реабокс», выпускающей углекислые ванны для реабилитации в санаториях, профилакториях, больницах. За несколько лет компания благодаря качеству и цене своей продукции смогла практически избавиться от конкурентов, включая иностранцев. Сегодня их оборудование стоит в 97% профильных медучреждений РФ, кроме того, они вышли на рынок СНГ, а с прошлого года и Европы.

— Небольшие компании в западных кластерах активно выполняют заказы крупных корпораций. Практикуется ли такое в «Строгино»?

— К сожалению, нет. Сказывается то, что в отличие от кластера у нас нет четкой отраслевой привязки, мы меньше по размерам. Да и в целом крупные промпредприятия в стране достаточно непросто развернуть в сторону малого бизнеса и убедить, что надо общаться. Скажем, в США много технопарков при университетах, это у нас пока также не слишком развито.

— А как с международным взаимодействием?

— Технопарк является членом двух международных ассоциаций: Международной ассоциации научных парков и инновационных территорий, что объединяет около 400 технопарков, и Национальной ассоциации бизнес-инкубаторов, которая включает более 2 тысяч инкубаторов по всему миру. Как могу судить, принципы работы у нас очень схожи с иностранными коллегами. Хорошие отношения сложились с одним финским технопарком из Йоэнсуу, технопарками в Германии, бизнес-инкубатором в Штатах. Наши резиденты легко с ними контактируют.

— По каким критериям вы оцениваете успешность работы технопарка?

— Наверное, самый яркий показатель — развитие, рост компаний, которые выпускаются из инкубатора. И в технопарке фирмы не просто штампуют одну и ту же продукцию из года в год, а постоянно ее совершенствуют, наращивают выручку, расширяют производство и коллектив. Город видит, что создаются новые рабочие места, увеличиваются платежи в бюджет. За первые четыре года работы технопарка налоги от компаний-резидентов полностью перекрыли те средства, которые вложила Москва в создание «Строгино». Всего за пять лет через нас прошло больше 120 компаний. В прошлом году резиденты уплатили около 350 миллионов рублей в качестве налогов. Сейчас стоит вопрос о дополнительных площадях для расширения технопарка.

ЦИФРА

Более 800 млн рублей составили налоговые отчисления компаний — резидентов «Строгино» за время существования технопарка.

Дата публикации: 21.03.2014

Источник: http://www.mk.ru/economics/interview/2014/02/02/978902-odno-okno-dlya-biznesa.html